Сен-Санс оставил свыше десяти произведений для музыкального театра (в том числе балет «Жавотта»). Но лишь одно из них удержалось в репертуаре. Это — опера «Самсон и Далила» на библейский сюжет (1866—1877, впервые поставлена в Веймаре; в Париже показана только в 1892 году). В произведении Сен-Санса использован тот же сюжет, что и в известной оратории Генделя, но в другой трактовке. Классик ораториального творчества стремился передать прежде всего героический дух библейского сказания: в центре его внимания не погрязшие в пороке филистимляне, но страдающий иудейский народ, возглавленный могучим Самсоном на освободительную борьбу. Иное у Сен-Санса: его опера представляет собой не драматически-конфликтное действие, а скорее ряд красочных картин, где удача более сопутствовала композитору в изображении изнеженности филистимлян и обольщений Далилы, нежели суровости иудеев и героики Самсона. Именно образ коварной соблазнительницы и ее окружения стал центральным в опере. Музыкальная характеристика Далилы отличается пластичностью, чувственным очарованием, мелодикой широкого дыхания, плавно ниспадающей. Просвечивают в ней и своеобразно преломленные «ориентализмы» (хроматика, лады дорийский, фригийский и т. п.). Эта интонационная сфера устанавливается с первого же выхода героини — на фоне прозрачно звучащего хора девушек-Филистимлянок, славящих весну. Дальнейшее развитие таких музыкальных образов содержится в причудливом танце жриц храма Йагона. Кульминация I акта — трехчастная ария Далилы «Весна появилась» (E-dur) знаменует начальный этап обольщения Самсона; характер музыки еще сдержанный, мелодии проще, более песенны, чем в последующих ариях.
II акт — самый действенный в опере. Оркестровая прелюдия живописует южную ночь, близится гроза; этот тревожный фон неоднократно возникает на протяжении всего акта, завершаясь в момент высшего драматизма грозой. Второй этап обольщения закреплен также в трехчастной арии Далилы «Любовь, дай свое обаянье» (As-dur)
Драматургическая вершина оперы — большой дуэт с Самсоном (обрамлен темой грозы в оркестре). Развернутая диалогическая сцена имеет несколько разделов; один из них образует третья ария Далилы, ставшая очень популярной на концертной эстраде — «Открылася душа» (Des-dur). Здесь сосредоточено все наиболее характерное (ср. пример 208), что присуще музыкальной характеристике героини
В III акте, как и в первом, широко выписан лагерь филистимлян; его музыка тесно связана с интонационной сферой Далилы. Наиболее впечатляют хор в храме Дагона и балетные сцены вакханалии, нередко исполняемые в симфонических концертах. Таковы лучшие номера оперы, картинная живописность которых напоминает стиль музыкально-сценических произведений Берлиоза. Влияние последнего обнаруживается и в кантатно-ораториальных сочинениях Сен-Санса. Среди них широко развернутая, в духе симфонической поэмы, музыкальная картина «Потоп» (на библейский сюжет), кантата «Лира и арфа» (по оде Гюго). В заключение следует отметить, что, в отличие от ряда его современников, творчество Сен-Санса лишено клерикальных черт. Он обращался к ортодоксально—духовным сюжетам лишь тогда, когда работал в церкви. С начала 70-х годов, бросив службу органиста, добившись признания как композитор и концертирующий пианист-виртуоз, он мало интересовался подобными сюжетами. И библейские сказания, в том числе «Самсона и Далилу», равно как и античные мифы, трактовал в духе жизненно-достоверных рассказов о реальных событиях и людях. В этом — еще одно подтверждение прогрессивной направленности творческой деятельности Сен-Санса, одного из наиболее крупных мастеров французской музыки второй половины XIX века.
САМСОН И ДАЛИЛА (Samson et Dalila) - опера в трех действиях Камиля Сен-Санса на либретто (по-французски) Фердинанда Лемера, основанное на Книге Судей.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
ДАЛИЛА, жрица бога Дагона (меццо-сопрано) САМСОН, предводитель иудеев (тенор) ВЕРХОВНЫЙ ЖРЕЦ ДАГОНА (баритон) АБЕМЕЛЕХ, газский сатрап (бас) СТАРЫЙ ИУДЕЙ (бас)
Время действия: библейское. Место действия: Газа. Первое исполнение: Веймар (по-немецки), 2 декабря 1877 года.
ДЕЙСТВИЕ I
В палестинском городе Газа израильтяне находятся в рабстве у филистимлян. Они собрались ранним утром на городской площади, здесь Самсон призывает их к активному сопротивлению. Иудеи, измученные издевательствами завоевателей, колеблются и сомневаются в успехе своего сопротивления, но в конце концов страстный призыв Самсона воодушевляет их. Их волнения вынуждают явиться сюда Абемелеха, сатрапа Газы, чтобы выяснить, что же здесь происходит. Его ядовитые насмешки и колкости, а также призыв оставить бога Иегову ради Дагона возбуждают у иудеев ненависть к нему. Самсон пробуждает в израильтянах столь сильное чувство негодования, что они восстают («Israel, burst your bonds» — «Израильтяне, разорвите свои оковы»). Абемелех нападает на них; Самсон выбивает у него меч и убивает его. Филистимляне в панике бегут; Самсон во главе иудеев преследует их.
Двери храма бога Дагона открыты. Из них выходит верховный жрец со своей свитой. В патетических тонах он шлет проклятье Самсону. Однако ему не удается вернуть филистимлянам уверенность в себе после того ужаса, который они недавно пережили. И когда возвращаются израильтяне, верховный жрец и все его окружение предпочитают удалиться.
Настал час великого триумфа Самсона. Именно в этот момент обольстительная жрица Далила выступает вперед из храма Дагона вместе с хором своих, столь же пленительных юных прислужниц. Они приветствуют торжествующего героя, украшая его гирляндами, обольщают его песнями и танцами. Далила шепчет ему, что он уже царит в ее сердце, и поет обольстительную арию о весне («Printemps qui commence» — «Весна начинается»). Один из иудейских старейшин предостерегает Самсона, но молодой герой, который уже имеет репутацию человека, подверженного чарам женской красоты, совершенно покорен Далилой.
ДЕЙСТВИЕ II
На долину Сорек опускается ночь. Приближается гроза. Короткое вступление ко второму действию создает впечатление, как это может сделать музыка, — что ночь будет прекрасна. Далила, одетая настолько обольстительно, насколько позволяют это нормы приличия в большой опере, ожидает в роскошном восточном саду своего возлюбленного. Она ненавидит его как врага своего народа и в полной энергии и силы арии («Amour! viens aider та faiblesse!» — «Любовь! Приди помочь, моя слабость!») молит бога любви помочь ей лишить его силы.
Верховный жрец приходит, чтобы сказать ей, что дела идут все хуже и хуже, поскольку иудеи, некогда рабы, теперь восстали против своих прежних хозяев. Зная хорошо тщеславие красавиц, он специально сообщает, что Самсон хвастался тем, что ей не удастся подчинить его себе. Но Далила и так вполне ненавидит Самсона и без этого подстрекательства. И позже, когда верховный жрец обещает щедро одарить ее, если ей удастся разведать секрет его силы, она говорит ему, что никакого вознаграждения не нужно. Она уже трижды пыталась выведать эту тайну — и все три раза терпела неудачу. Но на сей раз она клянется, что добьется успеха. Самсон, она уверена, раб любовной страсти, и теперь оба — Далила и верховный жрец — поют триумфальный дуэт по поводу их грядущей победы, в которой они не сомневаются.
Разражается ужасная буря. Верховный жрец удаляется, а Далила с нетерпением ожидает Самсона. Когда он в конце концов появляется из мрака ночи, он шепчет себе, что желает лишь одного — освободиться от чар Далилы. Он пришел проститься с нею, так как должен служить своему народу. Он не обращает внимания на ее решимость удержать его и на ее женские хитрости, которые содержат не только любовные утехи, но также сентиментальные воспоминания о наслаждениях в прошлом, гнев и слезы. Видя, что он смягчается, она поет знаменитую арию «Mon coeur s'ouvre a ta voix». В концертном исполнении она гораздо меньше впечатляет, чем в опере, поскольку в концерте, где нет сценического партнера, нельзя столь выразительно передать любовные излияния Самсона Далиле в конце каждого куплета.
Далила снова спрашивает, в чем секрет его огромной силы, но Самсон снова отказывается раскрыть его. Но когда Далила в конце концов отталкивает его, называет его трусом и выталкивает из дома, Самсон совсем теряет рассудок. В раскатах бушующей бури он в отчаянии простирает руки к небу и медленно следует за Далилой в ее дом. Из библейской истории все знают, что произошло в доме с Самсоном и его волосами. За сценой слышен удар грома. В блеске молнии видны фигуры филистимлянских воинов, тихо окружающих дом Далилы. Неожиданно она появляется в окне и призывает на помощь. Слышен вопль Самсона: он кричит, что его предали. В дом врываются воины, чтобы схватить его.
ДЕЙСТВИЕ III
Сцена 1. Потеряв своего могущественного вождя, иудеи скорбят, и их хор — в темнице за сценой — горько жалуется на то, что Самсон предал бога их отцов. На сцене ослепленный Самсон вращает мельничный жернов, к которому его привязали его истязатели на тюремном дворе. В агонии отчаяния он взывает к Иегове, чтобы тот принял его жизнь — лишь бы вернуть любовь и доверие соотечественников. Неумолимо и безжалостно хор за сценой продолжает осуждать его. В конце концов тюремщики уводят его.
Сцена 2. В храме Дагона перед огромной статуей их бога филистимляне празднуют победу. Танцующие девушки поют победный хор, который — в первом действии — они пели Самсону. Балет исполняет «Вакханалию».
Когда маленький мальчик проводит здесь ослепленного Самсона, все провожают его презрительным смехом. Далила, с бокалом вина, подходит к Самсону и, издеваясь над ним, напоминает ему о минутах, которые он провел в ее объятиях. Верховный жрец с утонченной издевкой обещает обратится в иудея, если Иегова столь могуществен, чтобы вернуть Самсону зрение. Самсон, устремив свой невидящий взор к небу, молит Господа отомстить за такую ужасающую нечестивость.
Но вот начинается самая важная часть церемонии жертвоприношения. На алтаре вспыхивает священный огонь, и — в качестве кульминации — Самсон должен пасть на колени перед Дагоном. Под звуки триумфального пения филистимлян маленький мальчик ведет Самсона между двух огромных колонн, где он должен совершить почтительный поклон. Очень спокойно наш огромных размеров герой говорит мальчику, чтобы он покинул храм. Тем временем хвалы, обращенные к Дагону, становятся все громче и громче. Наконец Самсон обхватывает две колонны, возносит молитву, чтобы в последний раз продемонстрировать свою силу, и с устрашающим воплем сдвигает колонны с места. Филистимляне в ужасе впадают в панику и пытаются выбежать из храма. Но слишком поздно: весь храм рушится, погребая под своими обломками всех, включая Самсона и Далилу.
